Кому вы нужны, господа охотоведы!

forum.guns.ru/forummessage/14/682.html

Кому нужны господа охотоведы?

Признаться, прочитав статью В.Бочарникова ‘Кому вы нужны, господа охотоведы?’, я остался в некотором недоумении. Несмотря на вынесенную в заголовок проблему, автор ограничился экскурсом в историю с легким уклоном в самовосхваление. За текстом вопрос остался не только не прозвучал, но даже и не был обозначен.
Мне, как выпускнику тиого же вуза, что и доктор Бочарников стало на самом деле интересно — кому же МЫ нужны, господа охотоведы?

Юля Л., ночной клуб New Wave.
— Ну, охотовед: Это ведь что-то с охотой связанное, правда? Наверное, тот, который самый лучший охотник, типа, все ведает: (заливается в лучших традициях постсоветских опросов идиотским хихиканьем).

Светочка М., второй курс ВГУЭС.
— Охотовед: Наверное, это тот, кто охотой ведает. Наверное, сам может охотиться круглый год. Ведь у нас кто чем ведает, то и имеет. Вот мной пока преподы ведают, они меня и имеют заливается в лучших традициях постсоветских опросов здоровым лошадиным ржание).

Серега С., водитель в пивном баре ‘Водолей’.
— Охотовед — так браконьеры зовутся, по-моему. Которые одной бражкой держатся и им за это ничего не бывает, ёпрст: (в лучших традициях постсоветских опросов уставляется в камеру мутным тяжелым взглядом).

Итак, по мнению значительной части обывателей, охотовед — это тот, кто убивает животных. Причем делает это лучше всех.
— Когда меня пригласили читать высшую математику каким-то охотоведам, я спросил — а кто, собственно говоря, такие — охотоведы? Мне ответили, что это люди, которые вышли из леса. А зачем им тогда высшая математика? Спросил я. А для того, чтобы они в лес могли вернуться, — рассказывал старый преподаватель высшей математики того же заочного Пушмеха.
Но самое лучшее определение было дано заведующим отделением охотоведения, профессором Юрием Порфирьевичем Язаном.
— Охотовед — это гибрид экономиста, мента и биолога. И все — хреновое!

Для истинного охотоведа весь мир делится на две категории — ‘мы’ — это охотоведы, и ‘они’ — которые все остальные. Истинный охотовед небрит, немыт, ммм: несколько вонюч. Пьян. Он презирает пижонские тряпки (помните, как Казбич у Лермонтова — весь в лохмотьях, а оружие в серебре?). Для охотоведов основными темами бесед (если охотовед способен беседовать, а не только орать, кидаться ножиками, стрелять и составлять протоколы) являются охота, собаки, оружие, женщины. В такой последовательности, не в другой.
Это гласит классическая легенда об охотоведах, составленная ими самими.
Как же дело обстоит с точки зрения охотников?

— Охотовед — это паразитическая прослойка — говорит мне промысловик Саша К., имеющий участок на реке Омолон, притоке Колымы. — Скажи мне, что делает охотовед Ю.? Обложил поселок оброком, ему тащат кто мясо, кто шкуры, кто рыбу, кто икру, как на картинке ‘Приезд русского князя с дружиной’ для учебника истории четвертого класса. Учет численности животныхъ проводится с черпаком водки, и тремя холуями, средне-потолочным способом — на тему, сколько соболей еще можно получить с этого участка госпромхоза.
— Естественно люди разные есть… Только вот отношение складывается из статистики «+» и «-«… «-» почему-то больше…
Платишь взносы, пошлины, оплачиваешь путевку, а кто и лицензию. Попадаешь в лес, а там ничего, ну т.е. абсолютно ! Моль почикала… Токмо охотинспекторы стаями (штатные и нештатные)… Похоже, один с сошкой, а семеро с ложкой !
Я нисколько не возражаю платить ! Никто, наверное, не испытывает желание работать бесплатно? Естественно и работа егерей и инспекторов должна оплачиваться… Но на то она и заработная плата, что должна быть ЗАРАБОТАНА! Сенца рогатым заготовить, солонцы, зимой ушастым осинки порубить, воронье почикать и т.д. и т.п. Много чего можно перечислить… А платить нахрапистому инспектору, который норовить тебя «к ногтю !»- увольте. Коли кто умный был бы в инспекторской части, так деньгу могли бы спокойно иметь от притока охотников в угодья, а не пытаясь с редких посетителей 3 шкуры поиметь за любой чих… Один-то раз могет и обдерете, но второй раз (охотник) или не появится или появится, но без путевки (один черт обдерут в случае чего). В конце концов — собственно охота ведь лишь малая часть, охотника можно и накормить и напоить и спать уложить… И на каждом этапе деньжат поиметь… Сами отдадут, ежли по-нормальному… … — говорит охотник Влад из города Кирова.
Мой первый охотовед, — говорит Валерий М., один из пионеров аренды охотничьих угодий для спортивной охоты, — вообще никаких учетов не проводил, брал данные из старых материалов госпромхоза, так и давал их раз за разом. Слава богу, сейчас не советские времена, я его и выгнал.

Скучно жить на этом свете, господа:

Охотовед — существо идейное. Так уж случилось, что в течение богатой событиями жизни, мне довелось поучиться в пяти разных высших учебных заведениях, одно из которых располагалось на территории США. Все эти ВУЗы имели биологическую направленность. Но ни в одном из них студенты не представляли собой такой идейной спайки, как это было на нашем охотоведческом отделении. Среди охотоведческой братии не было ни одного человека, который бы не интересовался животными, или кому, по меньшей мере, была бы неинтересна охота.
При этом, так как у нас отделение было заочное, то люди туда поступали уже вполне сложившиеся и твердо знавшие, что нужно им в этой жизни.
Помнится, при поступлении я спросил одного паренька из волгоградской области — а, собственно говоря, чего ты поступаешь в охотоведы? ‘Как чего? — удивился паренек, — я работаю егерем. Душу крысу (эвфемизм, обозначающий ‘Ловлю ондатру’). А охотовед забирает у меня четверть всех шкур. Говорит, иначе — поймаю’. ‘Ну и?’ — удивился я. ‘Как ну?’ — паренек вроде даже обиделся. — а так я сам стану охотоведом!

Вот мы и получаем: то, что получаем.

Мы традиционно привыкли к тому, что охотовед автоматически является охотинспектором. Эта традиция пришла к нам из европейских стран — там егерь (eger по-немецки — охотник) одновременно занимался обустройством охотничьих угодий и при этом же боролся с браконьерами — иногда совершенно беспощадно. Егеря английских королей браконьеров просто вешали, в лучшем случае — отрубали руки. Отсюда же и принадлежность европейских егерей к откровенно привилегированному сословию. Там они становились чем-то средним между рыцарями и рядовыми стрелками, которые уже заведомо возвышались над вилланами. Егеря и на войну выступали единым подразделением, образуя что-то вроде разведроты.

Не то в Соединенных Штатах — стране демократической, избежавшей высокодуховного монархического строя. Там непосредственно охраной дикой природы занимаются специально обученные полицейские — выпускники полицейских академий, знакомые нам по фильмам суровые парни, увешанные пистолетами и наручниками. Люди, занимающиеся экономикой охотничьего хозяйства — это совсем другие специалисты, как правило, с университетским экономическим образованием. Рекомендации по численности зверей и регулированию их популяционной динамики занимаются, как правило, биологи из специального отдела департамента Штата.
Таким образом, как мы видим, в США господ охотовед в нашем нынешнем виде вроде как и нет, а с другой — там прекрасно без них обходятся.
Там в ходу вполне узкие специалисты — технократы. Бездуховные, они, правда, какие-то, падлы, но вполне эффективные.

 

kiowa
posted 23-2-2004 08:42
В академической среде термин ‘ученый-охотовед’, в общем-то всегда употреблялся с некоторой иронией. Вроде как ‘чукча-писатель’. До сих пор отдельные перлы, отливавшиеся охотоведами на кандидатских минимумах в университетах вызывают улыбки у столичных профессоров. Тут и птицы, произошедшие от птеродактилей, и клетки глазного дна, которые называются ‘рюмочками’ и ‘бутылочками’ (правильно — ‘палочками’ и ‘колбочками’), и мшанки, которые самки мхов, и змеи, относящиеся к беспозвоночным, потому что у них шкуру заготовители не принимают: На самом деле, чего греха таить, серьезных зоологов уровня П.Сушкина, Н.Северцова или М.Мензбира из дружных рядов охотоведов не взросло. Яркие личности — да, безусловно, были: Буяны, поэты, лихие люди — это да. Но вот до серьезной науки как-то не дотягивали.
Гусарский кодекс поведения подразумевался просто гендерным составом студентов — к примеру, у нас на семьдесят человек у нас было всего четыре девушки. Кодекс этот имел довольно глубокие исторические корни. Об особых подвигах студентов нам с пиететом рассказывали сами профессора. Например, про футбольный матч между командами охотоведов и товароведов. Когда гол забивали товароведы, то охотоведы знаменовали это выбрасыванием из окон железных кроватей . А каждый гол охотоведов знаменовался залпом в воздух из ружей, здесь же, в общаге, хранившихся.
Да и сам я вспоминаю эпизод, когда мы отмечали окончание сессии в одной подмосковной ресторации . Дело было летом. Участники пришли на пирушку в легкой одежде, без портфелей и сумок. Ближе к концу мероприятия некто В. начал назойливо приставать к присутствующим, спрашивая, не оставили ли они чего-нибудь в гардеробе. От него досадливо отмахивались, говоря — да брось ты, лето, какой тут к черту гардероб. Успокоившись, В. задремал с блаженной, как у младенца, улыбкой на лице. Но когда ребята начали собираться домой, В. неожиданно проснулся, схватил стул и с диким криком ‘Уходим!’ кинул его в стеклянную окно-витрину.
Именно тогда, задолго до эпохи ‘Крепкого орешка’, я увидел, как с грохотом и звоном, сверкая искрами и бликами, осыпается трехметровое окно-витрина, открывая черный квадрат в теплую салтыковскую ночь . И (о, стадный инстинкт, помноженный на сигнал тревоги, заложенный в подкорку), в этот квадрат с гиканьем и гоготом высыпался весь наш курс:
Собравшись под какими-то липами в полукилометре от ресторации, мы подступились к В. с одним вопросом — а что, собственно говоря, случилось-то? Ни грузин, ни товароведов, равно как хиппи, неформалов, гомосексуалистов и др. биологических врагов охотоведческого племени в зале не наблюдалось в том количестве, чтобы можно было смутить нашу маленькую компанию в полсотни человек.
— Как что случилось? — с римской прямотой ответствовал В., — чего нам — поели, попили, да еще и деньги платить?
Ну и где же теперь эти штык-юнкера, гусары, кавалергарды, давшие культуре своих Лермонтовых, Чаадаевых, Барковых, на худой случай? О-о-о, где их только нет:
Безусловно, самый сегодня знаменитый охотовед — это отец Александр Мень, известнейший диссидент и богослов, убитый шпаной под конец перестройки. Любопытно, что сегодня только с одного моего курса два человека являются действующими иерархами столичных православных монастырей, одна дама (из четырех!) пишет стихи в: Австралии (муж — ковбой) и регулярно публикуется в англоязычных университетских литературных изданиях (на языке новой родины, естественно). Один наш сокурсник работает в реставрационной мастерской П.Барановского. Двое разрабатывают программные продукты онлайн, Ваш покорный слуга чем только в жизни не занимался: Пожалуй, будет правдой, если я скажу, что в последние годы Советской власти подмосковный Пушмех аккумулировал диссидентов и пассионариев. Проблема была в другом — охотоведами они не становились: Вернее, не шли они туда. В крайнем случае — уходили в заповедники. (Помнится, была и такая блажь у интеллегентствующей братии — искать покой под сенью елей, у спокойных вод озер и в кедровниках заповедных земель. Покоя не получалось — получались склоки, промискуитет и алкоголизм).
Очень любопытная деталь — отличники курса сплошь ушли работать промысловиками в хорошие места — на Камчатку, в Коми, на Северный Урал.
Кто же остается охотоведами?
Тот, кто ‘душил крысу’ и наконец-то стал добился своей цели?
Тот, кто получал удовольствие от ношения оружия и издевательств над беззащитными людьми во время рейдов?
Да нет же:
Сперва человекк просто от души любил природу. Глухариные тока, изюбриный рев, пробежку соболя по свежей пороше. Себя в этой природе он видел совершенно определенно — добытчиком, следопытом, натуралистом, в конце концов. И образование он шел получать, чтобы вести этот любимый образ жизни. А дальше было вот что. Тот, кто любил охотиться и неожиданно понимал, что охотовед — это не тот, кто охотится, а тот, кто отчитывается протоколами, составленными на пенсионеров, вышедших на зорьку без путевки?

В России существует ‘несущий слой’ охотоведов, которыми эта профессия еще держится.
Это — участковый охотовед — странное существо, отвечающее и за браконьерство, и за обвальные снегопады, и за изобилие зверюшек в лесу, и за приезд на охоту сатрапа провинции (тьфу, все ерунда какая-то в голову лезет — губернатора, естественно . Причем, это явление — в достаточной степени уникальное для России. Подобного многогранного специалиста нет ни в одной стране мира. В районе он — как правило, человек авторитетный. Нет, конечно, экономическая эффективность охотничьего хозяйства так или иначе старается стремиться к нулю, но:
Тут в дело вступает другое обстоятельство. Не все в нашем бренном мире измеряется экономическими показателями. Вот, к примеру, охота. Почти все мужики — охотники. Почти все начальники — мужики. Почти все начальники — охотники: Так что контакт с начальниками всех уровней и мастей для районного охотоведа неизбежен как смерть.
При общении с начальниками с охотоведом иногда начинают происходить странные вещи. Иной не выдерживает общения со светлыми начальническими головами, да и запьет, сердешный: Кое-то приобретает навыки теневого манипулирования руководством. Только расходуются эти навыки как-то: по дурацки, я бы сказал:. Типа лишнюю бочку бензина для рейдов выцыганить.
Должен я сказать, что довольно многим удается в этой дурацкой ситуации сохранить свое лицо, выставить себя равноудаленным от руководства всех уровней: Но это ж такому Генри Киссинджеру надо быть!
А он таким и является — хороший районный охотовед сообразителен, дипломатичен, в меру коррумпирован (ну, ну, не надо морщиться — в России живем), по-настоящему хорошо знает что надо делать для увеличения количества зверья и уменьшения — браконьеров.
Только мало что он может для этого сделать.
Потому что нет у него для этого ни рычагов, ни средств, ни полномочий.
И союзник у него имеется лишь один — это грамотный и состоятельный пользователь. Заинтересованный в увеличении численности животных. В уменьшении количества браконьеров. В привлечении культурных охотников в свои угодья.

Поэтому я бы не ставил вопрос так, как ставит его господин Бочарников — Кому же вы нужны, господа охотоведы?

Я бы поставил его иначе — какие охотоведы сегодня нужны?

И попробовал бы сегодня сам на него ответить. Сегодня прежде всего нужны грамотные управляющие охотничьим хозяйством. Люди, знающие сколько, где и когда надо посеять сои, пайзы, овса и как это сберечь для подкормки животных в глухую многоснежную зиму. Люди, умеющие закладывать солонцы так, как это нужно зверям, а не охотникам на зверей. Не те люди, которые которые убивают зверей лучше всех, а те, которые умеют делать так, чтобы зверей становилось больше. Люди, которых бы нанимали состоятельные арендаторы и собственники угодий, и которые работали бы у них за настоящие деньги.

Словом, те охотоведы, которые во всем мире зовутся менеджерами дикой природы.

А охотинспекция со временем станет тем, чем она, по сути и должна быть — специализированным подразделением полицейского характера.

Для выбора

БИОЛОГ – ОХОТОВЕД
views 4
Охотоведение – наука об основах и методах ведения охотничьего хозяйства, позволяющих рационально использовать охотничью фауну. Основными задачами наук...
Профессия охотоведа
views 35
Чем занимается Охотовед? Охотоведы ведут учет промысловых животных, планируют их отлов и расселение, проводят мероприятия по борьбе с вредными хищника...
Где учат на охотоведов?
views 356
Подготовка охотоведов в Кирове В 2015 году исполняется 50 лет со дня начала подготовки охотоведов в г. Кирове. За прошедшее время биологический фак...
Закон Новосибирской области от 06_10_2010 N 531-ОЗ...
views 2
6 октября 2010 года N 531-ОЗ НОВОСИБИРСКАЯ ОБЛАСТЬ ЗАКОН ОБ ОХОТЕ И СОХРАНЕНИИ ОХОТНИЧЬИХ РЕСУРСОВ НА ТЕРРИТОРИИ НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ Прин...
Кому вы нужны, господа охотоведы!...
views 3
forum.guns.ru/forummessage/14/682.html Кому нужны господа охотоведы? Признаться, прочитав статью В.Бочарникова 'Кому вы нужны, господа охотоведы...